Читаем без скачивания 100% [худ. Пинкисевич] - Эптон Синклер

«Мы с негодованием заявляем, что целый ряд членов ИРМ были убиты, и приводим здесь фамилии некоторых наших товарищей, поплатившихся жизнью:

Джозеф Майкелиш был расстрелян бандой так называемых граждан. Майкл Хой был избит до смерти в Сан-Диего. Сэмюэль Чинн был подвергнут такому зверскому избиению в окружной тюрьме Спокейне, штат Вашингтон, что скончался от ран. Джозеф Хиллстром был приговорен к смерти и умерщвлён в стенах каторжной тюрьмы в Солт-Лейк-Сити, штат Юта. Анна Лопеса, текстильщица, была застрелена, а двое других товарищей рабочих убиты во время стачки в Лоренсе, штат Массачусетс. Франк Литтль, калека, был линчёван наёмными убийцами Медного треста в Батте, штат Монтана. Джон Луни, А. Робиншич, Гуго Джерлот, Густав Джонсон, Феликс Барон и другие были убиты шайкой бандитов Лесного треста на пароходе «Верона» в доке в г. Эверетте, штат Вашингтон. Дж. А. Келли был арестован два раза подряд в Сиэтле, штат Вашингтон, и в конце концов умер, не выдержав чудовищно жестокого обращения. Четверо членов ИРМ были убиты в Грабове, штат Луизиана, там же тридцать человек были расстреляны или тяжело ранены. Двух членов нашего союза волокли за автомобилем, пока они не умерли, — это было в Кетчикане, Аляска.

Это лишь немногие из жертв, закланных на алтаре Алчности в многовековой борьбе за свободу индустриальных рабочих.

Мы с негодованием заявляем, что много тысяч членов нашей организации были брошены в тюрьму, будучи в большинстве случаев арестованы без законного основания, и содержались в заключении без предъявления обвинения. Можете убедиться в этом, прочитав отчет Комиссии по вопросу о положении в промышленности; там приводится свидетельство лиц, знакомых с положением дел в Лоренсе, штат Массачусетс, где около девятисот мужчин и женщин были брошены в тюрьму во время забастовки текстильщиков, происходившей в этом городе. В этом же отчете сообщается, что во время забастовки рабочих шелкоткацких фабрик в Патерсоне, штат Нью-Джерси, около тысячи девятисот мужчин и женщин были посажены в тюрьму без предъявления обвинения и без всякого основания. На северо-западе нашей страны всё время повсеместно совершались возмутительные насилия над членами ИРМ. Чуть ли ни в каждом штате в окружных и городских тюрьмах содержались и до сих пор содержатся члены нашей организации.

Мы с негодованием заявляем, что членов ИРМ обмазывали смолой и обваливали в перьях. Франк Г. Мейерс был обмазан смолой и обвален в перьях шайкой видных граждан в Норе-Якима, штат Вашингтон. Д. С. Диез был обмазан смолой и обвален в перьях толпой, которую науськивали представители Лесного треста, в Седро-Вули, штат Вашингтон. Джон Л. Метцен, адвокат, защищавший членов ИРМ. был обмазан смолой, обвален в перьях и жестоко избит толпой граждан в Стонтоне, штат Иллинойс. В Тулсе, штат Оклахома, банкиры и другие дельцы, нагрянув толпой, схватили семнадцать членов ИРМ, бросили их в автомобиль, отвезли за город в рощу и там обмазали дегтем, обваляли в перьях и отхлестали канатом.

Мы с негодованием заявляем, что члены союза Индустриальных рабочих мира не раз подвергались ссылке. Так, например, в Бисби, штат Аризона, тысячу сто шестьдесят четырёх шахтеров, в большинстве членов ИРМ и сочувствующих им, выволокли из квартир, бросили в товарные вагоны и выслали из поселка. Несколько месяцев их продержали в Колумбусе, штат Нью-Мексико. Целый ряд дел возбуждено в настоящее время против медных компаний и бизнесменов Бисби. Множество членов нашего союза было выслано из Джерома, штат Аризона. Семь членов ИРМ были высланы из Флоренса, штат Орегон, и несколько дней блуждали в лесах. Том Ласитер, калека, продавец газет, был схвачен глубокой ночью и зверски избит толпой за то, что он продавал «Либерейтор» и другие радикальные газеты.

Мы с негодованием заявляем, что члены ИРМ не раз подвергались жестокому, бесчеловечному избиению. Сотни людей могут показать ужасные шрамы на своём теле, — всех их прогоняли сквозь строй. Джо Марко и многие другие подверглись такому же избиению в Сан-Диего, штат Калифорния. Джемс Роуэн был избит до полусмерти в Эверетте, штат Вашингтон. В Лоренсе, штат Массачусетс, головорезы из Текстильного треста избивали мужчин и женщин, вынужденных забастовать, чтобы добиться повышения жизненного уровня. Потрясения и жестокая порка вызвали у одной молодой итальянки преждевременные роды. В Ред-Лодж, штат Монтана, на дом одного из членов союза был произведен налёт, и он был повешен, несмотря на отчаянные вопли жены и детей. Во Франклине, штат Нью-Джерси, 29 августа 1917 года Джон Авила, член ИРМ, среди бела дня был схвачен начальником полиции и группой бизнесменов, прикативших на автомобиле, отвезён за город в лес и там повешен на дереве. Но ему не дали умереть, перерезали веревку, он упал на землю и его жестоко избили. Только через пять часов Авила пришёл в сознание, после чего городской «судья» приговорил его к трем месяцам каторжных работ.

Мы с негодованием заявляем, что членов ИРМ морили голодом. В этом легко убедиться, если посмотреть, в каких условиях содержатся члены ИРМ чуть ли не в каждой окружной тюрьме. Приведем, например, факт, недавно имевший место в Топике, штат Канзас, когда наши члены были вынуждены объявить голодовку, чтобы добиться хоть сколько-нибудь сносного питания. Во многих местах члены нашего союза вынуждены были прибегнуть к голодовке, как к средству добиться лучшего питания. Прочтите статью Уинтропа Д. Лейна, напечатанную в номере «Серви» от 6 сентября 1919 года. Здесь дано яркое описание окружных тюрем в Канзасе.

Мы с негодованием заявляем, что за членами ИРМ не признавали прав гражданства, и всякий раз судья откровенно заявлял подавшим жалобу лицам, что им отказывают из-за их принадлежности к союзу Индустриальных рабочих мира, причём отказ сопровождался оскорбительными выпадами. Нашим членам было отказано в выдаче документов на права гражданства судьей Хенфордом в Сиэтле, штат Вашингтон, и судьей Полем ОБойл в Скрантоне, штат Пенсильвания.

Мы с негодованием заявляем, что членам ИРМ было отказано в праве на юридическую защиту. В нашу организацию входят только рабочие, поэтому она почти не имеет собственных средств; приходилось обращаться за пожертвованиями к членам союза и вообще к рабочему классу, чтобы можно было нанять квалифицированных адвокатов. Но почтовые чиновники, выполняя приказ министра связи в Вашингтоне, округ Колумбия, умышленно задерживали пересылку наших обращений, подписных листов и газет. Всё это складывалось в кипы в почтовых отделениях, и мы так и не получили обратно почтовые марки, наклеенные на конвертах.

Мы с негодованием заявляем, что для выпуска на поруки членов ИРМ требовали непомерные суммы. Характерен случай с Пьетро Пьерре, заключенным в окружную тюрьму в Топике, штат Канзас. В качестве залога за него назначили пять тысяч долларов, когда же эта сумма была собрана, тут же повысили залог до десяти тысяч долларов. Можно было бы привести ещё множество подобных примеров.

Мы с негодованием заявляем, что членов ИРМ подвергали жестокому насилию, обращаясь с ними как с рабами. Это не относится к лицам, содержащимся в каторжной тюрьме, но мы считаем нужным обратить внимание читателя на случай с одним членом ИРМ, который был арестован в Бирмингеме, штат Алабама, затем взят из тюрьмы и отвезен на городскую ярмарку, где за двадцать пять центов показывали всем и каждому «члена ИРМ».

Наконец, в интересах читателя, который недоумевает, почему такого рода факты не доходят до широкой публики, я перепечатаю следующие строки со страницы 382–383 книги «Медный жетон», где идет речь о том, как «Нью-Йорк тайме» встретил мой роман «Джимми Хиггинс».

В последних главах этого романа описывается, как американский солдат подвергался пыткам в американской военной тюрьме.

«Тайме» пишет по этому поводу:

«Мистер Синклер должен сообщить, на основании каких данных строит он свои ошеломляющие обвинения, если такие данные вообще имеются. Если же он написал только на основании слухов или, что ещё хуже, из желания вызвать сенсацию, — то он заслуживает не только порицания, но и наказания».

В ответ на это я направил в редакцию «Таймса» безукоризненно вежливое письмо, перечисляя десятки судебных процессов и указывая «Таймсу», где можно получить сведения о сотнях других процессов. «Таймс» возвращает мне это письмо без всяких комментариев. Проходит примерно два месяца, и в результате упорной агитации радикалов конгресс производит расследование, и газеты вынуждены напечатать об имевших место чудовищных жестокостях. В «Таймсе» появляется передовица, озаглавленная «Жестокости в военных тюрьмах» и начинающаяся с такой фразы: «В настоящее время не подлежит сомнению, что американские, солдаты в военных тюрьмах подвергались зверскому обращению». Тогда я опять написал в редакцию «Таймса» вежливое письмо, указывая, что газете, как мне кажется, следовало бы извиниться передо мной. И как же реагирует на это «Таймс»? Он переделывает мое письмо без моего разрешения. Он выбрасывает то место, где я прошу его извиниться передо мной и привожу его же собственные слова — требование наказать меня! Припёртый к стене «Тайме» не позволяет мне напомнить его читателям о том, как он требовал, чтобы меня наказали за правду! Вот тебе и лозунг газеты: «Любая новость попадает в печать!»